БЫЛ НАСТОЛЬКО

– Да, – согласилась Аймбри, – он очень опасается жителей Мандении. Но давайте лучше поговорим все вместе!
– Друг мой, – произнес Трент, – я как раз размышлял над этой проблемой. Моряки нас спасти не могут, поскольку, по всей видимости, они находятся по другую сторону Щита. Мне не нравится рисковать ни течением, ни тем, что мы можем встретить в воде. Хотя, кажется, нам придется сделать это, так как мы не можем оставаться здесь до бесконечности.
Следующий житель Мандении перепрыгнул через образовавшийся провал в мосту на берег – и тут же меч самого Повелителя Зомби уложил его на месте. Лезвие меча поразило жителя Мандении прямо в сердце, и карфагенянин безмолвно опустился на землю.
Зеркало потемнело, затем прояснилось. И из него уставилась на Бинка толстая бородавчатая жаба. Бинк отпрянул. Затем он понял: это было магическое зеркало, оно показало ему самое сказочное существо – сказочную жабу. «Игра слов. По-английски слова „красивый“ и „сказочный“ пишутся одинаково» – Я имел в виду красивое человеческое существо женского пола, – пояснил он.
Они ушли. Неожиданно Бинк почувствовал, что к нему вернулось хорошее настроение. Честер был последним существом, с кем он ожидал бы иметь что-то общее, но был рад, что так случилось. Бинк очень хорошо знал, что такое, когда тебя дразнят за какой-то предполагаемый, даже не твой собственный недостаток. И ему действительно захотелось рассказать подходящей аудитории о Германе, кентавре-отшельнике, обладавшем магическим талантом.
– Я скрываюсь, – ответил дневной конь, переходя на этот не совсем обычный способ общения. Он подошел еще ближе к ограде и осмотрелся, при этом его голова была какой-то особенно выразительной в ярком свете пламени.
– Тогда я должна уладить этот вопрос с Ночным Конем, – сообщила Аймбри. – Но, как мне кажется, никаких затруднений возникнуть не должно.
– Должно быть, существуют сложности магии, которых мы не понимаем, – сказал Бинк. – Мне бы хотелось понимать истинную природу магии, причем любой магии.
Лицо Бинка отразило всю его растерянность. Злой Волшебник мог перечеркнуть весь его план. Глупышка, какой стала Хамелеон, и не догадается, пока не станет слишком поздно. Этот светоч разума действовал как за него, так и против.
– Шанс иметь приличную жизнь в сельской местности, – продолжал моряк тоном, не оставляющим сомнений в его одержимости этой целью. – Иметь собственную землю, выращивать хорошие урожаи, понимаете? И мои дети, владеющие магией, настоящей магией – я, наверное, все еще не верю по-настоящему, но так приятно хотя бы помечтать.
Больше вопросов не было, он мог рекомендовать этот Источник жизни. Подходящее название для такой могущественной магии. Если бы этот Источник был личностью, он получил бы звание полного Волшебника.
– У вас интересный способ общения с людьми, – не унималась Ирис, – все происходит в голове у собеседников, когда вы являете ваши сценки. А я не знала, что животные разбираются в магии!
Дональд отодвинулся, восхищенно разглядывая великолепие своей любви и говоря при этом:
– Плохи дела, – ответил голем. – Это очень хитрый и коварный человек! Он пытается заставить тебя поверить ему. Это первый шаг к тому, что он сделает тебя своей лошадью, чтобы ты оказалась на его стороне и выдала тайны Ксанта. Подумай о том ущербе, который Всадник может нам нанести, если он будет проходить ночью через каменные стены! Нет, ты не должна соглашаться!
Те кентавры, которые в исследовании магических наук продвигались уж слишком далеко, немедленно изгонялись из общины. Таким образом те кентавры, которые обретали постоянное место жительства в замке Ругна, сюда совсем не допускались. Но, с другой стороны, здесь царила железная дисциплина и отсюда можно было получить реальную помощь.
Но Аймбри не повиновалась ему. Верно, ночью он не смог бы с ней справиться, даже если бы он не спал и все время был начеку. Ах, если бы он только заснул тогда – она наслала бы на него такой жуткий сон, что его просто парализовало бы! Время работало на нее. Но она не собиралась повиноваться Всаднику даже сейчас. Она продолжала стоять на месте, лихорадочно размышляя, как бы ей избавиться от страшного седока.
Но как насчет Обзорной Скалы? Она представляла собой голый камень, не прикрытый даже лишайником, и вряд ли красивый. Почему она хотела компанию? А если это так, почему бы не сделать себя более привлекательной вместо того, чтобы оставаться серой и скучной? Люди приходили сюда не восхищаться скалой, а любоваться Ксанфом. Подобная магия казалась невыгодной.
– Исключая нас троих, – пробормотал Трент. – Но основное назначение Щита – живые существа. Ты можешь проскочить его, твое тело легко его преодолеет, но сам ты будешь мертв, когда окажешься на другой стороне.
Бинка и Хамелеон швырнуло вперед и они приземлились по разные стороны человеческого туловища кентавра. Герман схватил обоих за руки и со всей своей силой кентавра вытолкнул обоих за пределы опасной зоны.
Аймбри понеслась вверх по этому самому пылающему айсбергу – объятой пламенем горе – и, достигнув вершины, уже скакала по крутому его откосу. Сейчас они приближались к области Зодчих. Зодчие эти сами были изваяны из камня, а работали с деревом, металлом и плотью, и это имело свои причины. Кое-кто занимался созданием из этих материалов особо устрашающих чудищ, которые затем использовались в страшных снах. Дело в том, что нет смысла переносить на большие расстояния настоящих чудовищ, ведь в снах можно использовать и обычные декорации, над которыми тоже трудились эти Зодчие.
– Теперь мне все понятно! Множество тайн скрывается именно в глубинах ночи! Кстати, а что это за добрый волшебник, который так могущественен? Почему он не предупредил Ксант о моем появлении?
Осознавая, что могут подумать охранники о его словах... не то, чтобы его волновало, что они подумают... Бинк наблюдал за приближающимся светом. Он видел его в основном по отражению на решетке.
Следовательно... Фанчен не была изгнана. Она, вероятно, вообще не была из Ксанфа. Она была агентом, подосланным Трентом, как Бинк и подозревал с самого начала. Ее целью было убедить Бинка, что она расскажет Тренту о месторасположении Магического Камня и подтолкнуть его на подтверждение этой информации.
– Когда-нибудь ты поймешь6 что мнение никчемных людей ничего не стоит, – тихо сказал он Бинку. – Ты сам должен прийти к этому. Я понимаю тебя и желаю удачи... своими силами.
– Такой же ответ и у меня, – произнес Бинк. – Я просто деревенский житель. Ничего особенного. Надеюсь, что Волшебник сможет превратить меня во что-нибудь специальное, обнаружив, что я обладаю каким-нибудь приличным магическим талантом, о котором никто не подозревал, и согласен отработать за это год.
Без всяких препятствий трое вышли из замка Ругна. Решетка была поднята. Трент нашел подъемную лебедку, смазал ее и стал вращать при помощи магии, скрытой в механизме. Призраки пришли пожелать всем счастливого пути. При расставании Хамелеон даже всплакнула, да и Бинк ощутил печаль. Он знал, насколько одиноко будет призракам несколько дней после общества живых людей. И он даже стал уважать сам несокрушимый замок. Он делал то, что должен был делать. Так же, как и Бинк.
Ноздри Аймбри широко раздувались – кобылка пыталась использовать свое острое чутье, поскольку вглядываться в каньон было все равно бесполезно, ибо он был настолько глубок, что о том, чтобы увидеть жертву на его дне, нечего было и думать. К тому же живший на дне дракон тоже вполне мог уже отобедать упавшим. Интересно, кому же удалось выжить? Скорее всего, это был король, если принимать во внимание его близость к магическим силам – но Аймбри справедливо полагала, что и Хасбинбад мог остаться в живых.
Конь неожиданно фыркнул: – Я предпочитаю, чтобы ты находилась в естественном лошадином обличье. Я ведь никак не могу дотронуться до девушки, которая всего лишь сон!
Но Хасбинбад был парнем не робкого десятка – придя в себя, он в третий раз ударил мечом драконье тело – сухожилия, мышцы, нервы разлетелись в разные стороны, вновь щедро осыпав жителя Мандении. Хасбинбад снова шагнул вперед – и тут в него ударила тугая струя водянистой мертвой крови, которая фонтаном била из обезглавленного тела дракона. В ужасе Хасбинбад стал кричать и лихорадочно отряхивать от себя покрывавшие его тело куски кожи и личинок. Если бы он посмотрел на себя со стороны, то наверняка нашел бы, что сейчас сам поразительно напоминает зомби.
Здесь явно что-то было не так. Аймбри видела только часть арсенала волшебника, но была уверена, что этого вполне достаточно, чтобы не один раз стереть с лица земли завоевателей. Хамфри, как и его предшественники на королевском троне, был намного сильнее и энергичнее, чем до этого думали. Но дневной конь почему-то продолжал думать, что Всадник одержит верх.
– Изредка такое все-таки случается. Радуга, надо признать, очень разборчива насчет того, где и когда ей следует появиться. Сегодня ты ее уже не сможешь увидеть, поскольку дождь сегодня не ожидается, – ответил хозяин коня.
Сприган появился перед Аймбри. Он был ростом с обычного человека, только вот руки у него были несоразмерно большие и покрыты шерстью, а лицо приняло устрашающее выражение. Сприган сразу же зарычал, стараясь произвести впечатление.
– Отлично. Пусть лучше все будет хорошо, – он помолчал, задумавшись еще о чем-то. – Ты решил, чем теперь займешься? Я могу тебе предложить все, что хочешь, кроме короны, разумеется... хотя это может оказаться возможным в твоем будущем, если...
– Ну же, иди смелее, – прошептал ему на ухо Трент. – Сейчас она достаточно умна.
Бинк опустился пониже и вращающееся облако сжалось в одну опускающуюся вниз серую трубу. Сверхторнадо, который его уничтожит!
Хамелеон улыбнулась: – Дор, я была глупой еще до твоего появления на свет. Поэтому я думаю, что буду обязательно прислушиваться к тому, что Гранди мне посоветует!
В конце концов Дор послал Аймбри к королеве, передав заодно корзинку с провизией и напитками и наказав кобылке обязательно убедить королеву сделать хотя бы короткий перерыв в работе. Королю Дору было не совсем удобно лично отдавать приказания своей теще, он попросил Аймбри, чтобы она сама все уладила. Тот факт, что король остановил свой выбор на Аймбри, тоже был не случаен – ведь умение кобылки воспроизводить сценки и беседовать с людьми во сне было очень похоже на способность Ирис воспроизводить иллюзии. Возможно, между ними, могло возникнуть даже нечто вроде сотрудничества и обмена опытом – во всяком случае, Аймбри хотелось, чтобы случилось именно так.
– Идем, – сказала Ирис, взяв его за руку. Она повела его к пристани, затем по главной дорожке к дворцу.
Сирена улыбнулась, явно польщенная комплиментом в свой адрес. Она была уже не так молода, а потому слово «очаровательная» дошло, видимо, до самой глубины ее сердца.
– О, растения могут не перенести огня, – озабоченно воскликнула Блита. Она уже успела узнать, что такое растения, во время своего предыдущего визита в реальный мир, когда она посетила его вместе с великаном. – Но разве вода не способна остановить огонь?
– Это просто сказочно! – пораженно воскликнул собеседник. – Я должен записать себе это для памяти. – Так вы сказали, что вас зовут Аймбри? Кажется, на видимой стороне поверхности Луны есть одноименное с вами море? Как это все увлекательно!
– Поделом! – заметила кобылка. – Своими жестокостями карфагеняне настроили против себя буквально весь Ксант! Им немедленно нужно покинуть нашу страну, пока они не натворили тут других бед!
– Отлично! На чердаке есть сено и корзина, так что тебе не нужно ходить наружу. Только не храпи слишком громко... мисс не любит этого.
– Я не могу вызволить тебя, только напрасно трачу время, – произнес он извиняющимся тоном. – Может быть, мне удастся набросить на тебя веревочную петлю.
– Я, конечно, не съела бы тебя, хотя должна признаться, что испытывала соблазн момент-другой, когда ты лягнул меня в... хвост, – созналась она Бинку. – Это моя работа – отпугивать тех, кто несерьезен в своих намерениях. Видишь, я не сижу в клетке, – она толкнула и внутренние ворота распахнулись. – Мой год почти закончился. Мне даже немного жаль, что это так.
Аймбри схватила зубами путы, крепко стягивавшие руки ученого, и яростно принялась терзать их. Зубы у нее были острые, поэтому она довольно быстро справилась с веревками. Но эта задержка все испортила: часовой вернулся на пост и моментально заметил, что происходит.
– Теперь ты получишь по заслугам, аргус! – радостно визжала издалека гарпия. – Даже мерзавец вроде тебя не может игнорировать катоблепаса.
Внутри ствол был похож на церковь, поскольку верхняя часть его, подобно колокольне, уходила ввысь и терялась там. Деревянные стены незаметно переходили в деревянный пол. Изнутри Баобаб не казался уже перевернутым вверх тормашками – может быть, это был тоже оптический обман.
– Я никогда не выдам тебя, – воскликнула кобылка. – Я ведь так благодарна тебе, ты спас меня!
Больше того, с помощью иллюзии, примененной в политике, она могла со временем создать подлинную реальность. Она могла построить настоящий хрустальный дворец со всеми украшениями, власть Королевы сделала бы это возможным. В таком свете то, что она предлагала, было реальностью, а ее магия всего лишь средством для достижения цели.
След Хамелеона был настолько очевиден, что было просто поразительно, как это Трент не мог учуять его сам. Бинк опустил свой нос к самой земле – как естественно, что голова помещена так близко к основному источнику информации вместо того, чтобы торчать так высоко, как у Трента – и уверено двинулся вперед.
Трент и Хамелеон сползли со спины Бинка, который всю ночь, не останавливаясь и подремывая на ходу, нес их. Его огромные ноги как бы существовали сами по себе. Никто не мешал им, даже самые злобные твари джунглей проявляют осторожность. Сейчас уже наступил прекрасный голубой день. Бинк прекрасно себя чувствовал.
– Ночью жители Мандении не представляют такой опасности, – напомнила ей Хамелеон, – да и всякие наши чудовища тоже ведут себя спокойно, когда я иду по заклятой дороге или еду на ночной кобылке. Если нам удастся разрушить этот чертов мост, то тогда карфагенянам придется искать какую-то другую переправу и все время находиться возле Провала, а мы сможем выиграть время и как следует подготовиться к возможной осаде нашего замка!
И все-таки один участок оказался весьма неудобным. Он был сухой и песчаный, на нем явно должно быть мало растительности, и все же он был покрыт пышными, высотой по пояс растениями с широкими листьями. Участок показался не опасным, поэтому они зашагали прямо через него. Внезапно все трое путешественников почувствовали расстройство желудка. Они были вынуждены разбежаться, едва успев вовремя удалиться друг от друга.
– Мы проходили мимо по пути к... трансформации. Это единственное, что хорошо охраняется. И ты мог видеть на его борту катапульту.
– Эти люди из Мандении, должно быть, нашли какой-то способ прокрасться незаметно, – король немного помолчал. – Ну конечно же! Еще двадцать пять лет назад Бинк, Хамелеон и я пробрались в Ксант под этим самым проходом после того, как нас изгнали, из провинции Перешейка, что находится к северо-западу отсюда. Тогда нам удалось за час покрыть такое же расстояние, какое мы смогли бы проехать за день, да и то если бы все время скакали галопом на лошадях! Под водой наверняка есть какой-то тоннель! Всадник, должно быть, как-то обнаружил его и пробрался по нему. Теперь наша задача – поскорее перекрыть этот тоннель, иначе последствия будут самые ужасные! Я сейчас же распоряжусь, чтобы местные власти решили эту проблему! – Король улыбнулся: – Хотя Всадник, два жителя Мандении и их лошадь не представляют для Ксанта реальной угрозы.
Затем внезапно Бинк чуть не потерял в воздухе равновесия из-за случившегося с ним шока понимания. Ему не может причинить вреда магия! Это буря магическая, следовательно, она его не коснется. Он испугался фальшивой угрозы.
Грифон опустился на землю, сложив широкие блестящие крылья. Его львиный хвост свился кольцами, а передние лапы с огромными львиными когтями прочертили в грязи борозды. Орлиная голова повернулась к Тренту.
– Начинается подкуп, – сказала Фанчен Бинку. – Как только ты начинаешь принимать услуги, ты становишься обязанным. Не соглашайся.
– Я отведу кентавров туда, – ответила Аймбри. – А где точно сейчас находятся люди из Мандении?
– Значит, ты не хочешь рассказать мне, как тебе удалось погасить огонь? Ладно, мне придется догадаться самому. К примеру, увидев, что часовой задремал, ты могла наслать на него плохой сон, в котором бы сторож увидел, как его на посту охватило пламя. Он мог сбегать и принести ведро воды, ну а дальше – дело техники. Или еще что-нибудь в этом роде. Мне действительно искренне жаль, что я недооценил тебя вначале!
Бинк, все еще задыхаясь от морской воды, не смог на нее закричать. Он вцепился в скалу руками, пальцами находя упор в трещинах и держа лодку согнутыми ногами.
– Ты знаешь, я вышла за него замуж только потому, что хотела стать королевой. Если у тебя нет возможности получить власть, то в таком случае лучше всего стать супругом человека, человека обладающего этой властью. Это, собственно говоря, был брак по расчету, мы оба никогда не строили никаких иллюзий насчет того, любим ли мы друг друга. Ему нужно было срочно жениться, поскольку совет Старейшин, который и сделал его королем, требовал чтобы он женился. Потому-то он и женился на мне, чтобы не допустить всякой возни вокруг холостого короля и так далее.
– Подними якорь, – велела Фанчен. – Я возьму шест, – она побежала в каюту судна, худощавая фигура в лунном свете.
Существо бросило лук на землю. Это движение вырвало посох из рук Бинка. Кентавр сжал огромный кулак. Бинк шмыгнул вокруг него, когда кулак двинулся к нему. Но зад кентавра был не безопаснее, чем перед. Одна из ног яростно лягнула Бинка. Каким-то чудом она промазала и врезалась в ствол колючего кактуса.
Солнце находилось почти прямо над головой, так как уже наступил полдень. Они летели среди облаков. Бинк почувствовал неприятное ощущение в ушах, но автоматическая реакция другой его половины заставила его сглотнуть и боль уменьшилась. Бинк не знал, почему полет вызывает боль в ушах, может быть, потому, что здесь нечего было слушать.
Дверь в библиотеку оказалась закрыта. Икебод вежливо постучал в нее – без ответа. Тогда он позвал короля. – Боюсь, что короля там нет, – подытожил архивариус. – Вообще-то невежливо входить в чужую комнату, которая вдобавок заперта, но все-таки нам следует убедиться, что короля там нет!
– В таком случае все заключается в споре, кто из нас действительно настоящий король Ксанта за номером десять. Ты же лжешь, кобылка! Я знаю, что ты неуязвима для моего волшебства, я также знаю, что я не могу взнуздать тебя и даже просто ударить тебя, пока царит ночь. Я ведь сам видел тот ночной мир, из которого ты сюда явилась! Но, с другой стороны, ты и сама не посмеешь меня тронуть – ведь если я умру, то тогда всем вашим девяти королям крышка! А заклятье, которое я на них сам наложил, разгадать все равно никому не под силу!
– Моя дорогая, у тебя хорошая голова и острый язычок. Вообще-то я предпочитаю превращать противников в деревья, они живут дольше брюквы. Я не надеюсь, просто ради поддержки разговора, что ты признаешь, что из меня мог бы получиться лучший правитель, чем существующий Король.
– Теперь король Трент вышел из игры, а король Дор не знает, как привести в действие этот самый Щит, – подытожил Гранди, – тем более, что люди из Мандении находятся уже в Ксанте, поэтому ситуация кажется такой трудной!
Аймбри посмотрела на поверженного противника. Теперь ей было даже жаль сраженного врага, хотя она твердо знала, что это было необходимо. Конь допустил стратегическую ошибку – он до последней минуты надеялся на свою мужскую неотразимость, пытаясь усмирить Аймбри, и это заблуждение стоило ему жизни. Теперь белая атласная его кожа была сплошь забрызгана кровью, которая выливалась на пол и начала застывать. Аймбри при виде этого зрелища стало не по себе.
– Для меня ты никогда не безобразна! – вежливо сказал Бинк. Но было видно, что он разочарован. Еще бы – ведь он провел много времени вдали от дома, давно не видел жену, должен был соответствующим образом с ней пообщаться, а теперь, оказывается, они должны путешествовать раздельно.
– Извини, это я виноват, – проговорил человек, – знаешь, мне очень нравятся истории, которые ты мне рассказываешь. С тобой так легко и приятно общаться! Но ты, очевидно, совсем не знаешь людей. Мне кажется, что я смогу восполнить этот пробел! – с этими словами седок спрыгнул со спины Аймбри, достал из кармана какую-то странную вещицу. Это был медный стерженек, к каждому концу которого было прикреплено по прочному сыромятному ремешку. – Попробуй открыть рот и приставить это к зубам! – человек расправил ремешки, подставляя медный стержень к самой морде лошади, причем так быстро, что ей оставалось либо подчиниться, либо отпрыгнуть назад. В раздумье Аймбри открыла пасть и ухватила этот стержень зубами. Она проделала это очень быстро, было видно, что человек изумился такому проворству. Аймбри с гордостью подумала о том, что он, наверно, завидует ей – ведь рот у людей устроен совсем иначе, поэтому они даже пищу жуют по-другому, у них это получается даже как-то не очень эстетично – так подумалось кобылке в этот момент.
Магические свойства имели тенденцию проявляться группами, одно могло перекрывать другое. Таким образом, множество вариантов каждого типа магии появлялось и в растительном, и в животном царствах. Но среди людей магия варьировалась особенно широко, Казалось, что личные качества имели большее значение, хотя самая сильная магия имела склонность объявляться в отдельных семейных линиях. Как если бы сила магии была наследственной чертой, в то время, как ее тип зависел от обстоятельств. И все же, имелись другие факторы...
На десерт у них было шоколадное печенье домашней выпечки, чуть подгоревшее. Этот последний штрих делал его настолько подлинным, что Бинку было трудно сохранить свое недоверие. Даже пользуясь иллюзией, она кое-что знала о кулинарии.
Через час туда же спешно прибыли Арнольд и Хамелеон. Кентавру пришлось везти женщину на себе, поскольку дневной конь совершенно выбился из сил после бешеной ночной скачки. Дневные лошади – совершенно отличные от ночных лошадок создания, им нужно с осторожностью пробираться сквозь ночную тьму, вместо того, чтобы в бесплотном состоянии беззаботно скакать по просторам, не обращая внимания на различные местные предметы. Дневной конь остановился возле Провала и ни за что не пожелал идти вперед по невидимому мосту.
Удивленный и польщенный этой похвалой, хотя вероятно и преувеличенной, Бинк не знал, что и ответить. Она была права в отношении бесполезности «пятна на стене», конечно. Он часто и сам думал так же. Конечно, это стандартное выражение пренебрежения, означающее, что данная персона обладает никчемной магией. Таким образом, это не было таким уж тонким наблюдением. И все же, оно определенно прибавило ему уверенности.
– А разве эти бобы есть нельзя? – поинтересовался вдруг дневной конь, который до того молча стоял в стороне.
– Хамелеон попросила меня, чтобы я занялась доставкой помощи в замок Ругна, – сказала Аймбри, – вас я тоже могу отвезти туда в любой момент.
Внутри пещеры раздался глухой рев, а затем дикие вопли. Удивленная Аймбри попыталась проникнуть в умы жителей Мандении, оказавшихся в стеклянной пещере, чтобы понять, что там происходит. И с еще большим удивлением обнаружила, что умы жителей Мандении стали умами животных, точнее собак.
– Они просили меня передать тебе привет! – прошептала Аймбри, продолжая двигаться. – А я совсем забыла разыскать тебя, когда у меня еще была возможность сделать это. Ну, конечно же, я доверяю тебе!
Стая маленьких птичек-трубочистов появилась вокруг Бинка. Насмешливо посвистывая, они умчались прочь.
Бинк бросился на мужчину с мечом, подняв свой посох, чтобы блокировать лезвие, но кто-то подставил ему ногу, прежде чем он успел сделать пару шагов. Бинк ударился лицом о землю и набрал полный рот грязи. Он все еще боролся, стараясь вывернуться от державшего его человека.
Бинк застонал. Никельпеды были как многоножки, но в пять раз больше и значительно опаснее. Мириады их ног могли цепляться за вертикальные стенки скал, а их клешни могли вырывать куски плоти диаметром в дюйм. Даже драконы опасались пересекать расщелины, населенные никельпедами, и имели для этого веские основания.
– Ну, ты здорово сражался с ними, – продолжала Фанчен. – Они уже похоронили того солдата. В лагере сейчас тихо, как на кладбище.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site64.html on line 373

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site64.html on line 373

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site64.html on line 379