САМОМ ДЕЛЕ

– Здесь все очень хорошо организовано, – послышался голос Гротона. – Очень хорошо продумано. Похоже, они используют магнитные подвески для закрепления корпуса корабля. Очень любопытно.
– Но вдруг, после непродолжительной, но довольно интимной связи, выясняется, что американец обманывал ее. На самом деле он был гораздо более образован и умен, но, что самое страшное, вся эта история казалась ей прелюдией к замужеству, а для него была лишь мимолетным развлечением. Более того, он решил передать бремя ее благосклонности и внимания одному своему знакомому. И вот она оказалась уже человеком из самого низшего класса, который только могла представить – так называемый белый раб.
Сейчас корабль набирал водород в верхних слоях атмосферы Нептуна и нагнетал его в баки, для последующего использования на марше в космосе. Они готовы были переменить способ передвижения и попробовать «прямой» космический полет.
Там он был мужчиной – среди постоянной опасности и лишений, но мужчиной. Здесь же он был не более, чем суррогатом, хорошо воспитанным временным заместителем Супермена. Он сомневался, что сможет устоять перед соблазном, если Шен предложит ему такое приключение еще раз. Дать Шену все, что он хочет, в обмен на удовлетворение? Ведь, стоит ему только этого пожелать, и Шен не сможет отказать ему – он связан соглашением. Тогда Шен отправит Иво в один из фрагментов своего мозга и создаст там ему фантастический мир, чтобы он там мог жить своей жизнью вымышленного героя. Это будет, наверное, недолгая жизнь, но все же... А сам Шен вернется в реальность.
Лицо русского даже не дрогнуло. Иво стер рисунок, взял синий карандаш и вопросительно взглянул на Ковонова. Тот кивнул. Иво поставил на листе четырнадцать точек.
– Я слабоват в палеонтологии, – вмешался Гротон. – Но мне в голову пришла одна мысль, я, правда, не знаю общепринятых терминов. Не является ли этот парусник предком динозавра?
Иво посмотрел на сидящих людей. Доктор Джонсон был благообразным стариком, с волосами и бровями цвета стали, глубокие морщины вокруг глаз говорили о сильном характере. Он напряженно смотрел в одну и ту же точку, будто решал какую-то сложную головоломку.
Он успокоил себя. В конце концов, это была всего лишь поэма, в ней лишь косвенно упоминался его секрет. Почему тогда он должен скрывать это? Хотя все равно, Афра, скорее всего уже знает правду. Неудивительно, что она прекратила донимать его расспросами о Шене.
Неглупые мужчины различных рас должны были сочетаться не с супругой, а с женщиной в пике физической формы, причем обеим сторонам альянса щедро платили за службу. Обязанность на два года, причем болезни и бесплодие не приветствовались.
В обстановке явно чувствовалось женское присутствие. Гофрированные занавесочки украшали вентиляционные люки, стены были пастельно-розового цвета. Щеточки и кремы выстроились на поверхности стола, за которым висело зеркало, придавая всему несколько напыщенный вид. Здесь, подумал Иво, живет тот, кто хочет чтобы вся станция знала, что среди них есть леди. Либо тот, кто не уверен в себе?
– Да, со мной было почти то же самое. Но сейчас, выходит, я должен поверить в Шена, хотя я очень хотел бы забыть о нем. Потому что иначе непонятно, что я здесь делаю.
Стали видны кратеры: гигантские кольца раскрошившихся скал, залитые в середине черной тенью, некоторые были исклеваны изнутри более мелкими кратерами. Горы – густые морщины на лице спутника. Горизонт был затуманен полупрозрачной дымкой атмосферы. И еще океаны...
– Мне это не нравится, – как-то сказал Гротон в ее отсутствие. – Ей и думать нельзя о том, чтобы восстановить Брада и прооперировать его самой, но, похоже, она именно это и собирается сделать.
Основой должно было стать регулярное полное медицинское обследование каждого, причем предметом особого внимания было состояние здоровья семьи, а не отдельного индивидуума. Но насколько применим этот подход к каждой семье?
Иво начал путаться, как и в тот раз, когда слушал «упрощенное» объяснение Брада. Однако он разглядел нечто вроде ведерка – его ручка торчала влево, а само оно было составлено из заполненных секторов в правой половине гороскопа.
Каждый прыгнул в определенную точку пространства и превратился в излучение, причем разум постоянно работал. Физические синапсы превратились в волновые, мыслью стал процесс интерференции отраженного излучения с основным потоком.
Иво был только рад, что ему не пришлось осматривать Беатрикс. Он представил себе, что гладит ее тело так же, как тело Афры, и почувствовал отвращение. Беатрикс была старше и замужем, и это все меняло. К замужней женщине не следует прикасаться чужим мужчинам.
Странная антенна продолжала следить за ними, пока корабль приближался. Это была проволочная спираль, выгнутая в форме чаши, около двух футов в диаметре. В центре ее торчал штырь, на который были нанизаны шарики. Других признаков жизни не было. У Иво на ладонях выступил холодный пот, он незаметно вытер его. Неужели только он испытывает этот немодный нынче страх?
– И, думаю, не много значит для Брада. Это самая отвратительная интрига, которую я когда-либо встречал в своей жизни. Использовать свою невесту...
– Также и на Земле живет много людей и других живых существ, которые связаны между собой и взаимодействуют друг с другом по невероятно сложным законам. Мы просто проводим параллели между видимым движением планет и...
Примадонной был Шен. Знаки мало интересовались полом обладателя. Афра не могла сказать, каков ее символ на сей раз, видимых трансформаций не произошло, не считая того, что она была захвачена ощущением истины – личной, галактической, вселенской, и этого было вполне достаточно. Шен, пускай он ребенок, вполне мог сойти за вершину первого этапа эволюции Homo Sapiens'а, – но будущее человечества не за ним. Точно так же, как морская звезда, в которую превратился Брад, была тупиковой ветвью эволюции, логическим завершением бесплодной попытки одного из видов развиться, приспосабливаясь к сиюминутным и специфическим внешним условиям. Человеку суждена была другая судьба. Его будущее не в развитии технологий и удовлетворении материальных потребностей, но в духовном развитии и социальном совершенствовании общества. Возможно, пройдут миллионы лет, прежде чем человечество достигнет зрелости, но, по галактическим меркам, это лишь миг. Сейчас Человек стоял на пороге взрослой жизни, он был уверен в своих силах и видел свое будущее.
Капот широкий и длинный, как у машин с двигателем внутреннего сгорания: достаточно места для солидного количества батарей. Юбка воздушной подушки была слегка оттопырена.
– Наверное, он рассовал свои послания по всей станции, – заметил Гротон. – Вначале лингвистический ребус, затем знак Нептуна, а теперь вот это. Скорее всего, он написал все одновременно, и мы отыскиваем записки случайным образом.
Присутствие пятилетней девочки в этой сцене, не умеющей еще выговаривать слово «конкретно», не казалось чем-то странным в этом театре абсурда.
Настойчивый стук в дверь прервал беспокойный сон Иво. Он так и не привык к гамаку, к тому же воспоминания о трагедии были болезненно свежи. Он не мог забыть, что живет в комнате человека, чей мозг фактически мертв, – он казался себе самозванцем.
В том проекте был еще один гений – с уровнем интеллекта между Брадом и Шеном. Ивонна – «Лучница» – и она постоянно враждовала с Шеном. Им было по пять лет, когда наступила кульминация в их взаимоотношениях. Он и она знали и пережили намного больше, чем многие взрослые, но оставались эмоционально детьми. Это был классический пример двух скорпионов в банке или двух сверхдержав с ядерным оружием и абсолютной нетерпимостью друг к другу: это были два ребенка со способностями и возможностями взрослых. Так как они были разного пола, существовало некое подсознательное влечение, но соперничество было для них превыше всего, и, когда дружба кончилась, они затеяли игру – большее, чем спортивный поединок, большее, чем интеллектуальное соревнование, точные правила никто кроме них, не знал. На целые сутки они заперлись наедине друг с другом в отдельной комнате, и, в конце концов, Шен победил, а Ивонна покончила жизнь самоубийством.
– Второе – это Водолей, шестой дом, стихия воздуха. Я мог бы еще привести расположение планет, но это разделение типично. Вы больше подходите к Водолею, чем к Овну.
– Король – вот главное в игре. Вы не можете походить, поставив его под шах. Ваш противник укажет вам на ошибку: в шахматах нет системы штрафов. Смотрите, пешка ходит сюда – следующий ход белых, – и черный ферзь дает шах королю. Выходит, пешка не может двигаться, пока она связана. Она должна защищать короля.
Гротон внимательно смотрел на экран, на котором Иво сфокусировал изображение поверхности Нептуна. В каких-то нескольких тысячах миль внизу клубились гигантские массы пара, выбрасывающие временами разноцветные языки газа.
Наконец, кое-как сориентировавшись, она обнаружила, что стоит на коленях недалеко от воды. Сквозь пелену слез проступали контуры приближающегося чудовища.
В любом случае, сейчас выбирать не приходилось. Вот он подтянул плечи, оперся грудью о край, выбросил ногу и наконец втащил все тело, умудрившись сохранить большую часть кожи на локтях и коленях. Слизнул грязь с кровоточащей ладони и подобрал меч. В списке его проблем возможное заражение стояло не на первом месте.
Можно сказать, что различие было такое же, как между беспорядочными всплесками воды и направленной струей. Всплеск создает больше возмущений, и они разнообразно взаимодействуют с препятствиями, но струя воды достает дальше, ею можно управлять, а потому она эффективнее.
Но малыш Тритон тоже хранил свои тайны. Всего в десять раз меньше Нептуна, в полтора раза больше Луны, но в три раза тяжелее. Если считать по массе, то Тритон был настоящим гигантом среди спутников планет Солнечной системы, хотя по размерам он был далеко не первым.
Планетарный модуль одиноко стоял в двух милях от колонии. Они неуклюже побежали к нему, еще находясь в поле 1G. Через сто ярдов гравитация упала до уровня чуть ниже нормального для Тритона. Гравитационная линза фокусировала поле с поверхности Тритона площадью сто квадратных миль на участок в несколько сот квадратных ярдов, уменьшая гравитацию в окружающем пространстве и увеличивая ее в нужном месте. Невозможно было бы полностью убрать гравитацию в какой-то точке или увеличивать ее без предела – это устройство являлось скорее распределителем, а не усилителем или экраном. Иначе пришлось бы задействовать гораздо более энергоемкие процессы, но, как сказал Гротон во время одной из консультаций, крайности нам ни к чему. Сильный гравитационный дисбаланс мог бы уничтожить атмосферу и большую часть поверхности Тритона, а то и вообще изменить его орбиту. К чему такой риск?
– В то время у штата был большой дефицит бюджета. Если бы подняли зарплату учителям, пришлось бы поднять ее и другим низкооплачиваемым профессиям: полицейским, социальной сфере, даже временным рабочим. А это означает увеличение налогов...
– Нептун в семьдесят или восемьдесят раз тяжелее Земли, но гораздо менее плотен. То, что мы видим, на самом деле облачность, а не поверхность планеты. Он действительно большой и дикий, но не переживай – мы даже не будем пытаться на него сесть. Мы ляжем на орбиту вокруг него.
Но неужели это хуже, чем неисправные туалеты и дымящиеся кучи отбросов в трущобах двадцатого века?
Какие-то странные апартаменты – необычной формы столы, кровати – само воплощение неудобства, туалет – просто насмешка над двуногими формами жизни. ЛУНА
Иво не сразу понял, что за ним следят. Небольшой эксперимент подтвердил эту тревожную мысль – как только Иво начинал идти, тут же трогался незнакомец.
– Думаю, он нашел способ обходить разрушитель, – осторожно произнес Иво – Обходить память о нем в моем сознании, да и реальный, наверное, тоже. Думаю, он сможет меня одолеть, и это как раз то, к чему он стремится.
– Как же вам удалось выбраться? – спросил его Гротон. – Мы знаем, что там происходит что-то необычное, но не могли понять что. Вы говорили кому-то там, что вы на самом деле здесь, но...
– Я вижу, – тихо произнес он. – Вижу эволюцию человека от комочка протоплазмы до зрелости. Я вижу плавающие в реликтовом океане личинки эхинодермов, которые развиваются в радиально-симметричные взрослые формы. Но вот произошла мутация – один подвид личинок приобрел репродуктивную способность, они начали плодиться, минуя зрелую фазу. Я вижу долгий путь эволюции этого смелого вида, они выходят на сушу, где истинная зрелость особи становится не только непрактичной, но и невозможной. Таким образом, вместо взрослой морской звезды мы имеем личинку – Человека.
– А ты уверен, что нашел именно ее, а не прекрасные белые волосы? – Персис делала вид, что задумчиво рассматривает прядь своих черных, как смоль, волос.
– Нет. В этом-то и загадка. Я все тщательно проверил, все сходится. На самом деле вы совершенно отличаетесь от той личности, которую предсказывает гороскоп, а эпизод из вашей жизни подтверждает его правильность. Я мог бы ошибаться в деталях, но не настолько. Вывод: если мои посылки верны, то либо вы мне дали неправильную дату, либо...
– Он был лучшим другом Шена. Пожалуй, единственным, хотя на самом деле Шену никто не был нужен. Полагаю, что они подружились потому, что были самыми способными, но все же Шен оставался сам по себе.
Когда ракета начала переходить на орбитальную скорость, Нептун уже выглядел чудовищем. Диск планеты визуально выглядел в четырнадцать раз больше Луны, была ясно видна клубящаяся слоистая атмосфера гиганта. Большие цветные полосы теперь почти не различались, вместо них виднелась трехмерная смесь облаков, газа и завихрений, напоминающих снимок глаза тайфуна. Они были еще слишком далеко, чтобы заметить движение, и могли спокойно созерцать все детали застывшего перед ними ужаса.
Иво удивился, когда это Гротон нашел время на эти занятия при таком колоссальном объеме работ, который он выполнил на Тритоне? К тому же, он в чем-то разделял мнение Афры – квалифицированный инженер, а занимается псевдонаукой.
Вновь и вновь он выходил из программы, чувствуя, как растет его знание. Все было так логично! Каждый шаг открывал новые горизонты, подготавливал его к следующему, вызывал неудержимое желание дойти до конца. Это был зов сирены, манивший его в ловушку, на верную гибель. Но он учился с каждым разом и выработал у себя если не иммунитет, то, по крайней мере, панцирь, защищающий мозг от ударов разрушителя.
– Вам не кажется несколько нелепым возиться с этими каракулями, в то время как у нас есть куча серьезных проблем, – послышался голос Афры, и Иво опять почувствовал себя виноватым.
– Это очень интересно, – сказала Беатрикс, но ее интерес, по-видимому, был весьма поверхностен. Иво догадывался, что она еще не отошла от шока после трансформации и сейчас стремилась разрядиться в беседе с другими. – Вот мы и прибыли, и что же дальше?
Сигнала разрушителя не было, как он и предполагал. Компьютер произвел необходимые измерения и выдал текущие координаты – до назначенного места встречи с представителями Льва было около светового часа.
– Нам не нужна эта вражда, – сказала Долорес. Ее голос становился все тише и печальнее, и Беатрикс приходилось напрягать слух, чтобы услышать ее.
Праздные мысли моментально улетучились. То, что было в зеркале, только размерами соответствовало человеку. Существо обладало тремя нижними конечностями – одна большая центральная и две маленькие боковые. Передвижение осуществлялось прыжками – основной упор был на центральную ногу – боковые же выполняли вспомогательные функции и удерживали тело в равновесии, – нечто напоминающее одноногого калеку на костылях. На центральной ноге можно было стоять и совершать повороты на небольшие углы – пара маленьких ног была неважной опорой. Ходить так, как это делают люди, оказалось невозможным – устоять на боковых ногах можно было только прикладывая невероятные усилия, – все равно, что устоять на пальцах ноги его человеческого тела.
Жрец кивнул. Иво почти не различал его здесь и сжимал своей ладонью его костлявую руку. Должно быть, камень был очень хорошо сбалансирован, если поддался усилиям такого скелета. И почему его заложник до сих пор не произнес ни слова?
Они собрали столько припасов, сколько могли скрыть под просторными плащами – караваи хлеба, сушеную рыбу, маленькие кувшинчики с вином. Хозяин дома был слишком хитрым человеком, чтобы, отлучаясь надолго, оставлять дома, какие-то ценности; Иво не нашел ни золота, ни драгоценных камней. Он расспросил Айю о монетах и по ее недоуменному ответу понял, что их еще не изобрели. Торговля велась в основном через бартер, в качестве общего эквивалента все больше использовались меры драгоценных металлов, но до полной стандартизации денежного обращения было еще далеко.
Он перебросил две боковые руки через стойку и схватил рабочего за плечи. Легкое создание повисло в воздухе. Гротон подержал его немного, дав возможность ощутить большую физическую силу Дрона, которой хватило бы, чтобы раздавить тело рабочего. Слов не требовалось. Рот бесполого раскрылся, из него вывалилась жвачка – существо буквально было парализовано от удивления. Дрон сотворил немыслимое – он принял решение сам. Даже если бы вдруг Королева забеременела от бесполого, это не было бы столь экстраординарным событием.
– Тогда направляйтесь к нам вы, оба. Если уж идти на эту авантюру, так всем вместе. Я подожду вас, пока эта нетерпеливая мисс не разведает дорогу.
– Понимаю, – сказал Маттан, глядя на то, как уголь Иво вычерчивал полуостров, который впоследствии станет Флоридой. – И каким образом вы путешествуете туда?
Он отыскал укромную нишу и прилег в ней. Иво попытался уснуть с мечом в руках, но на правой руке саднил только что заработанный мозоль, а левая была порезана. Пришлось отложить клинок в сторону. Странно, но и теперь ему удалось легко заснуть. Скорее всего он был уверен, что любые приближающиеся шаги разбудят его.
Основная часть путешествия была уже проделана, огромное расстояние было пройдено почти незаметно благодаря деструкции и 10G. Оставались сущие пустяки – торможение и стыковка. Афра вывела корабль на синхронную относительно спутника орбиту вокруг разрушителя, на дистанции пяти световых минут, и выключила двигатели. Никто не имел понятия, как тело размером не более двух миль создавало гравитационное поле, эквивалентное полю небольшой звезды. Галактические технологии использовали гравитацию как обычный инструмент – вот и все объяснения.
Она знала – он пытается шокировать ее своими заявлениями. Ему это удалось. Он вел по числу вопросов, и ее положение все ухудшалось. Она прекрасно понимала, что Шен подбрасывает ей куски информации в качестве приманки, и она заглатывает их. Осознавая это, она все же не может остановиться – она должна все знать.
На расстоянии приблизительно тридцати пяти тысяч лет от края галактики (довольно условный термин, так как физически не существует строгой границы галактики) сигнал сходил на нет, таким образом, диаметр облучаемого Странником пятна составлял на то время приблизительно 150.000 световых лет. Следовательно, когда Странник покинет Млечный Путь и дойдет до соседней галактики, облучаемая им площадь будет невообразимо велика и интенсивность будет мала для того, чтобы кто-то мог воспользоваться программой.
– Когда вы все успокоитесь, я сам займусь проблемой Шена и все вам подробно изложу, когда будет что рассказывать. А пока нам ничто не мешает немного здесь обустроиться. С Шеном или без, но нам нужна постоянная база. Давайте будем действовать разумно и не торопясь, а там видно будет.
– Мы положили груз на одну чашу весов – установить разрушитель, отняв у многих возможность путешествовать в пространстве. Необходимо сбалансировать весы – иначе задача будет выполнена наполовину. Меня здесь сейчас подменят, а мы с тобой отправимся к Хорву.
– Не думаю. Это намного старше разрушителя. Все программы старше, но эта настолько далеко... миллиона три лет. И я видел только позитивные данные, негативных не было. – Внезапно к Иво пришла мысль: – А что если цивилизация, создавая разрушитель, пыталась оставить свой след в истории? Будучи неспособной превзойти другие в позитивном познании?
Он отыскал укромную нишу и прилег в ней. Иво попытался уснуть с мечом в руках, но на правой руке саднил только что заработанный мозоль, а левая была порезана. Пришлось отложить клинок в сторону. Странно, но и теперь ему удалось легко заснуть. Скорее всего он был уверен, что любые приближающиеся шаги разбудят его.
– По-видимому, создатель разрушителя не против жизни вообще, – сказал Брад. – Это селективное средство. Действует только на развитые цивилизации, создавшие космические технологии и макроскоп. На «дальнобойщиков». Мы в безопасности, пока не достигнем определенного уровня.
Но ход и содержание программы изменились, она сообразила, что это не убийца разума. Метод похож, но передаваемое послание было явно другим – и это послание было важнее самой передачи, хотя присутствовали и другие интересные моменты. Через некоторое время ее мозг воспринял структуру универсального языка, она обрела дар галактической речи, она наблюдала лекцию по истории галактики.
Афра, стоявшая на пороге, ожила. Разрушитель захватил ее, и она уже входила на второй уровень, но видела его не больше нескольких секунд. Этого было недостаточно для уничтожения мозга.
Значит, он попал в Тир. Один из древних финикийских городов на побережье Малой Азии. Для него, по-видимому, разницы между Дамаском и Тиром не было никакой. Тир был ведущим городом на протяжении нескольких столетий, пока – Иво напряг свою память – его не взял Александр Македонский в третьем веке до нашей эры. Воевал ли Тир с кем-нибудь еще? Иво не был уверен.
Гарольд Гротон вышел из восстановления так же, как и раньше – никакой тошноты или обеспокоенности, только небольшой стресс, так сказать, внутренняя перегрузка.
– Неизвестно. Мозг умного человека не обязательно имеет больше клеток, чем мозг дебила, так же как цирковой тяжелоатлет имеет не больше мускулов, чем любой человек весом больше девяноста семи футов. Дело в качестве клеток. Клетки мозга гения связаны между собой большим количеством синапсов. Эта космическая информация вызывает разрыв многих синапсов – это происходит на уровне, недоступном стереотаксической хирургии.
Шен был уже здесь, он опередил ее. Он восседал на подиуме, в центре комнаты, за столом, накрытом белом скатертью, края которой свисали, касаясь пола. На голове его был высокий тюрбан, он внимательно глядел в сверкающий шар магического кристалла.
С каждым проходом он все глубже погружался в программу, остерегаясь отчаянного броска в ее бездну. Необходимо было только контролировать свои эмоции, держать их в руках и не позволять программе завладеть сознанием. Он уже почти возвел преграду для разрушителя...
Шен опять улыбнулся. Задумано все было очень просто. Но командование Овна недооценило проницательность инопланетянина, решив, что он принял свое липовое назначение за чистую монету. Они разыграли липовое заседание кабинета, вынесли липовое решение, в то время как военные приготовления шли полным ходом. На самом деле у них и в мыслях не было капитулировать, и, скорее всего, не было настоящего ультиматума. Эту акцию они, должно быть, готовили десятилетиями.
– О! Я понимаю все это, – сказала она, медленно переходя от экспоната к экспонату. Она была прекрасна в своей отрешенности, казалось, величие искусства преобразило все ее тело, пред ней померкла даже Афра.
В стране шла Реконструкция.[[12] - Имеется в виду период переустройства южных штатов после войны] Несправедливые законы и коррумпированное правительство ускоряли загнивание общества. Закон повсеместно попирался. Великие надежды нации рухнули, оставались лишь апатия и отчаяние.
– Или выигрывать у тебя раунд за раундом. А что, если у меня слишком доброе сердце, и я не могу оставить тебя здесь одну? Или ты считаешь, что я блефую? Так может еще сыграем? – высокомерно спросил он.
– Предположим, начинаем замедляться посередине, с постоянным ускорением, максимальная скорость тринадцать тысяч двести миль в час – ого – это одна четырнадцатая часть скорости света! Весь полет займет пять дней.
– Турбулентность расходится в пространстве. Если объект внутри планеты имеет массу, его поле взаимодействует с полями планеты и других объектов. В какой-то точке происходит взаимодействие со светом, и рождаются макроны, которые мы принимаем, как бы далеко мы не находились. Все, что нужно – приемная аппаратура соответствующей чувствительности. Компьютерная обработка очищает сигнал и формирует изображение из миллиарда разрозненных фрагментов. Но на выходе...
– А что, кто-то сомневался? – спросил он. – Не думаю, что нам еще когда-нибудь придется проводить голосование. Так что вернемся к делу. Работы у нас полно, и гениев среди нас нет.
– Американский поэт. Это было в стиле Шена, так сообщить, что он знает и что собирается предпринять. Но обращался он скорее к вам, я-то не смог бы прочитать письмо.
Но представление еще не окончилось. Из этой капсулы начало распространяться силовое поле III уровня технологии, сначала оно охватило планету и спутник, теперь уже навсегда сплавленные вместе, вскоре оно заполнило сферу диаметром в двадцать тысяч миль, проникая в каждую частичку пыли, в каждую молекулу газа, в каждый атом. Это поле надежно зафиксировало положение всех атомов по отношению к целому.
– Мы, Хорвены, специализируемся на систематизации знаний. Один из методов познания, который мы развили, это универсальная гороскопия. Этот метод позволяет нам описать детали окружения любой планеты в галактике с помощью универсальных переменных. Точная интерполяция потребует много времени, так как в вашем случае необходимо вводить ощутимые поправки на временную разницу, но грубое приближение можно получить прямо сейчас.
– Он был лучшим другом Шена. Пожалуй, единственным, хотя на самом деле Шену никто не был нужен. Полагаю, что они подружились потому, что были самыми способными, но все же Шен оставался сам по себе.
– Послушай, ублюдок, – прошипел Иво в ухо жрецу, по мере того, как они отступали. – Либо мы вместе войдем в печь Мелката, либо вместе избежим ее. Так что решай сам, составить мне компанию в этом мире или в царстве мертвых. Ты меня понимаешь?
– Вы один-из-тысячи! Тот вид, у которого иммунитет к разрушению... Вы, вы построили разрушитель!.. Зачем вы сделали это? Почему вы считаете, что только у вас есть право на космические путешествия? – И потом: – И мне тоже придется примкнуть к этой стороне? Даже если я не уверен, что согласен с позицией этой стороны?
– Слушай, ты мне все здорово растолковал про эту вашу чудо-ракету, Джозефа, затем про макроскоп. Все должно быть на уровне налоговой декларации, иначе я не пойму.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site24.html on line 375

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site24.html on line 375

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site24.html on line 381