СНОВА ЖИВАЯ, В ПОЛНОМ СМЫСЛЕ

– Да, да, да! Наша любимая ночная кобылка! – радостно воскликнула Хамелеон. – Ты снова живая, в полном смысле этого слова. Но ты потеряла свое тело. Материализоваться снова ты уже никогда не сможешь.
Они устроили моряка как можно комфортабельней. Бинк был бы не прочь поболтать и послушать еще необычный рассказ моряка. Но время шло и стало очевидно, что второй корабль их догоняет. Они следили за его передвижениями по парусу, что двигался зигзагами, взад и вперед против ветра, с каждым разом все приближаясь. Они ошиблись насчет способности корабля двигаться при восточном ветре. Может быть, они еще во многом ошибались?
Но, с другой стороны, присутствие прекрасного коня напоминало Аймбри о необходимости возможного продолжения рода, когда для этого наступит пора. Когда она была ночной кобылкой, то она была бессмертной и такая мысль ей никогда не приходила в голову. Но теперь она была обыкновенным животным, поэтому все законы материального мира распространялись и на нее. Теперь ей наверняка придется стареть и даже в конце концов умереть, и поэтому там, в мире ночи, никто уже не будет вместо нее выполнять ее работу и не сохранит ее имя за морем на Луне, если только у нее не появится очаровательный жеребенок. Обитатели материального мира вынуждены были давать потомство, чтобы сохранить свой род, и ей теперь придется делать то же самое. Теперь Аймбри почувствовала, что она и сама хотела этого.
– Что ж, теперь нам придется сражаться без Сирены! – подытожил Аймбри. – Не переживай так сильно, Горгона, в тыкве с твоей сестрой ничего не случится. Надо только охранять ее тело от карфагенян, и когда мы выручим королей, то и Сирена тоже будет спасена!
– Это просто сказочно! – пораженно воскликнул собеседник. – Я должен записать себе это для памяти. – Так вы сказали, что вас зовут Аймбри? Кажется, на видимой стороне поверхности Луны есть одноименное с вами море? Как это все увлекательно!
– Я постараюсь сделать это получше, – извиняющимся тоном проговорила Аймбри, которая все еще была в обличье девушки.
Призрачный холод медленно приближался к его голове. Бинк теперь был в ужасе, но все же не шевелился, он не мог дальше отклонять свою голову. Ужас крался по его телу и он ощущал, как погружается и скользит его сознание, подавляется... а затем он почувствовал себя жутко спокойным.
Он был уязвим физически. Внезапно ему стали ясны прошлые загадки. Никогда ему не приносила ущерба чужая магия. Его ставили в неловкое положение, унижали, да, особенно в детстве. Таким образом, он не был защищен только от физического вреда. Когда он бегал наперегонки с каким-нибудь мальчишкой, который ставил ему на пути всевозможные барьеры, чтобы победить, Бинк не страдал от какого-либо физического повреждения, только от обиды. И когда он отрубил себе палец не магическим, а физическим способом, ничто не пришло ему на помощь. Магия его вылечила, но не могла нанести ему рану. Много раз ему угрожала магия, пугая его. Но каким-то образом эти угрозы никогда не исполнялись. Даже когда он вдохнул ядовитый газ, он оказался спасенным вовремя. В самом деле он вел жизнь заговоренного в буквальном смысле этого слова.
Тогда Аймбри быстренько составила и явила новую сценку, в которой были показаны поиски короля Бинка, возвращение в замок Ругна, восшествие на королевский трон кентавра Арнольда, решение нового короля немного изменить порядок престолонаследия и, наконец, назначение королев Ирис и Айрин преемницами короля Арнольда.
– Но как узнаем, что нужны вам?! – воскликнула Горгона. – А ты ведь восстановил арфу Сирены, и она ждет тут свою хозяйку. Но беда наша в том, что мы можем не знать даже кто в данный момент король Ксанта, не говоря уже о том, чьи приказы нам надлежит исполнять!
Но туман не кончался. Как он найдет замок, если ничего не видно? Ирис не смогла обмануть его, но ей удалось эффективно ослепить его. Может быть, он лично и не может быть остановлен магией, но его талант, казалось, не заботился о благополучии других людей, несмотря на отношение к ним Бинка. Он-то выживет, даже если Хамелеон умрет. Эта жизнь его не обрадует, но с точки зрения его магии, все было в порядке.
– Все нормально! – весело сказала Аймбри. Внезапно откуда-то появилась еще одна пара – лошадь с женщиной на спине. Это и были настоящие Аймбри и Хамелеон, а та, что вела разговор о возвращении назад, была всего лишь образом, видением, которое было специально создано, чтобы сбить водяного с толку и усыпить его бдительность. Аймбри бросилась в воду и снова поплыла к противоположному берегу. Расстояние между кобылкой и берегом быстро сокращалось. Тем временем фальшивые лошадь и женщина все еще стояли там, в воде, толкуя о том, что им нужно возвращаться назад. Но водяной уже раскусил эту хитрость и всполошился.
Они остановились и наблюдали. Фанчен ближе всех стояла к вынюхивателю, так что он приблизился к ней к первой. Издав мелодичный звук, животное фыркнуло.
– Сейчас прольется чья-то кровь! – яростно зарычал карфагенянин и нанес очередной удар, который, впрочем, не дал никакого эффекта.
– Кстати, вы заметили? – нарушил тишину Чет, очевидно, вспоминая события так бурно прошедшего дня. – Вы заметили, что в битве совсем не было манденийских всадников? Очевидно, жители Мандении придерживают их в резерве!
– Озеро! Вон оно! – радостно воскликнул Икебод. – Вон, окружено зеленью! Для коней там наверняка найдется сочная трава, а для тех, кто питается не лошадиной едой, там есть какие-нибудь плоды. Там мы и остановимся на ночь!
У людей из Мандении был в запасе целый день, чтобы прийти в себя, перегруппироваться и продвинуться на соответствующее расстояние. Очевидно, они не теряли времени даром. Рано утром они по главной дороге прибыли к Провалу. Очевидно, они сами старались не сходить с дороги, зная, что отклонение вправо или влево с более-менее безопасного пути грозит им встречей с неизвестными и опасными чудесами, которыми была прямо-таки нашпигована загадочная страна.
– Не относись к нему столь легкомысленно, – посоветовал Трент. – Бинк в своем роде тоже Волшебник.
– Нет, ваше величество. Мне кажется, он один из тех, кто пришел из Мандении. Он очень хитрый и жестокий человек. Он мучил меня! – и кобылка указала на еще незажившие шрамы на своих боках.
– Я думаю, что это не очень хороший вариант, – сказал Бинк, – но, Хамелеон, я всецело полагаюсь на твою интуицию. У меня был еще способ повстречаться с тобой, только мысленно.
– Помни, – донесся до него с пола голос Волшебника, – мой талант бесполезен в темноте, так как я не вижу своего объекта. Так что напрасно меня не буди. Мы полагаемся на твою бдительность и суждение, – и он замолчал.
Итак, все закончилось. Бинк встал и вышел вместе с остальными. Все заняло меньше часа, как он ожидал, так что он легко отделался. Он имел ночлег и хорошо отдохнул. Все, что ему нужно сейчас – это найти путь через провал к замку Доброго Волшебника.
– Теперь-то я понимаю, почему тебе так нравится разглядывать нимф, – не унимался Гранди, – ума у них нет, поэтому ум не отвлекает тебя от рассматривания более существенных деталей их тел!
Вцепившись в руку Бинка, Фанчен издала сдавленный крик. Он посмотрел вперед и увидел призрак. Сомнений не было, эта штука состояла из сгорбленной простыни с черными дырками вместо глаз. Она испускала неразборчивые стоны.
– Но если я туда отправлюсь, как ты в таком случае доберешься до замка Ругна одна? – Аймбри была очень удивлена, поскольку никогда не предполагала, что на нее может свалиться подобное поручение. Да, конечно, она была неуязвимой для волшебства Всадника, поэтому могла обезвредить его способом, которого не мог позволить себе больше никто другой. Но все равно – надо было в таком случае учесть еще целую кучу деталей организации всего этого. – Но я ведь могу хотя бы отвезти тебя обратно, покуда...
Почему не согласился он? Гребя веслами, Бинк обдумывал более тщательно этот вопрос, глядя на остров иллюзий. Поверхностные мотивы его были на первый взгляд вполне достаточны, но лишь на первый взгляд. У него должны были быть какие-то скрытые основания, которые он не мог изменить, хотя он и пытался оправдать себя. Это не могла быть его любовь к Сабрине, какой бы живой она не была, поскольку Ирис тоже была женщиной и женщиной ни в чем не уступающей Сабрине, да еще и более талантливой. В магии. Должно быть еще что-то, неуловимое, но сильное... а, он понял! Это была его любовь к Ксанфу.
– Именно это я и имею в виду. Вы миролюбивы теперь, исключая нескольких молодых хулиганов, поэтому полагаете, что ваши предки тоже были миролюбивыми. Но мои предки считали совсем по-другому. Они были счастливы, если бы человек никогда не обнаружил Ксанф.
Аймбри стала беспокойно оглядываться, пытаясь увидеть короля Бинка, но течение уже куда-то унесло его вместе с людьми из Мандении. Река, освободившись от сковывавших ее волшебных сил, стала обычной, немагической, и могла подействовать на Бинка. Хотя, может быть, она спокойно несла Бинка и нисколько не повредила ему. В такой заварухе ни одно двуногое существо все равно не смогло бы удержаться на ногах. Тут проявился еще один человеческий недостаток – слишком мало у людей ног, чтобы в трудных ситуациях можно было спокойно удержаться на земле. Аймбри на мгновенье пришла в голову мысль, что Бинк мог утонуть, но кобылка тут же прогнала эту мысль прочь.
Если только Бинк не даст ему нужную информацию сейчас, искупив свою вину. Должен ли он сделать это? Поскольку это уже не могло иметь никакой разницы для будущего Ксанфа...
Бинк молча покачал головой. Он понял лишь часть того, что говорил матрос, но это не делало Мандению привлекательным местом. Лавочки под полом. Крысы, которые участвуют в гонках? Бинк тоже хотел бы убраться подальше из такой страны.
Дневной конь вдруг фыркнул. Хамфри наморщил свой нос: – Ты что, конек, не веришь мне? Лучше посмотри-ка сюда! – Волшебник взял одно из волокон, из которых состояла петля, и разорвал в том месте, где ремешок скручивал волокна в единое целое. Выдернув волокно, он с размаху швырнул его в дневного коня. Волокно по мере приближения к коню распухало, и, попав на него, растеклось струей воды. Дневного коня как подбросило – вода поднялась ему до щиколоток, он испуганно заржал. Вода тем временем стала вытекать из ствола Баобаба. Да, это действительно была самая настоящая река!
– Я тоже как раз об этом подумала, – спокойно отозвалась Милли. – Вот что получается: этот Всадник помогает жителям Мандении завоевать нас, а затем преспокойно становится королем, поскольку у нас кроме него вообще не будет волшебников. Тогда и цепь порвется сама собой.
– У меня есть для тебя еще одно поручение, – сказала кобылке Хамелеон, едва они остались одни. – Я лично не верю, что отсутствие моста через Провал или посаженные Айрин растения смогут надолго задержать жителей Мандении, а нам не удастся обезвредить Всадника до тех пор, пока мы не заманим его в ловушку и не дадим ему удрать. Для этого нам нужно подготовить такую приманку, на которую он обязательно клюнет, да и, конечно, самые решительные меры!
– Но ведь я даже не знаю ни Хамелеон, ни короля Трента! Я ведь никому из них никогда не доставляла сновидений! Как же тогда я смогу передать им эти слова?
– Пока еще нет, – ответила Аймбри и продолжила: – Смотри не свались, держись все время за меня. Если ты упадешь, то уже до конца своих дней не сможешь выбраться отсюда. Такова сущность этого мира!
– Они продвигаются в южном направлении и сейчас пересекают области Огня и Земли, проходят через страну гномов. Мы заранее известили гномов о приближении карфагенской угрозы, и они пообещали, что окажут сопротивление, но, как мне кажется, дальше рассылки призывных повесток дело у гномов не дошло. К тому же я не совсем уверен, что мы можем всецело доверять им. Ты же знаешь, что испугать гномов очень трудно, но ведь и эти люди из Мандении тоже достаточно смелые ребята. В последние столетия гномы представляли меньше угрозы, чем жители Мандении, но ведь раньше-то они были куда более многочисленны и агрессивны. Чем рассказывала мне, что среди гномов у нее есть одна хорошая знакомая, которая обладает волшебной палочкой, но тут я лучше ничего говорить не буду, поскольку это не доказано.
По рядам солдат прокатились смешки. Еще бы, ведь сами они были в прошлом жителями Мандении и потому не знали волшебства. Сейчас король сделал им что-то вроде комплимента.
– Я поскачу немедленно! – сказала Аймбри. – Я быстро смогу добраться до замка Ругна! Нужно рассказать все королевам!
– Да, он лжет, – подтвердил Гранди. Сейчас голем неподвижно лежал на спине лошади, изображая куклу. – Этот человек видит, что тут совсем не Римская империя или куда он там направлялся, но он хочет узнать, не обманываешь ли ты его, и всячески прощупывает тебя!
– И все-таки с ним случилось то же самое, что и с другими. Безумие охватило и его. Теперь очередь Бинка становиться королем. Вот потому-то я так и мчался, чтобы перехватить вас, пока жители Мандении не добрались до Баобаба и не выпустили наружу все заклятья Хамфри или, чего доброго, не использовали их против нас!
И невооруженным глазом стало заметно, что рана на спине Икебода постепенно затягивается. Теперь единственное, что им нужно было делать, это набраться терпения и ждать.
Герман-отшельник действительно хотел этого. Трент рассудил верно и мгновенно действовал. Бинк на его месте все испортил бы.
– Какое-то время. Пока меня не выжил дракон. Мне пришлось обходить кругом. Откуда ты об этом знаешь? Я думал, что существует заклинание, заставляющее забыть о Провале, потому что его не было на моей карте, и я никогда о нем не слышал. Хотя, в таком случае, почему я о нем помню.
– Так много людей приходят сюда и задают пустые вопросы, – доверительно говорил он. – Фокус заключается не в том, чтобы найти ответ, а наоборот – задать правильный вопрос. Твой – первый настоящий вызов, который я получил за последние годы. Последний перед этим был... дай мне подумать... а, амарант – неувядающий пурпурный цветок. Тот фермер хотел узнать, как вырастить действительно хорошее растение для зелени и зерна, чтобы он мог лучше кормить свою семью и иметь небольшой доход, который скрашивал бы им жизнь. Я нашел волшебный амарант для него и сейчас он используется по всему Ксанфу и даже за его пределами. Из него можно делать хлеб, почти неотличимый от настоящего, – Волшебник открыл ящик стола и достал странной формы каравай. – Смотри, у него нет стебля, он выпечен, а не сорван. – Волшебник отломил ломоть для Бинка и тот с интересом взял его. – Вот это был хороший вопрос. Ответ тоже принес пользу всему Ксанфу, а не только задавшему вопрос. Остальные, напротив, желают всего лишь разновидности обезьяньей лапы.
Конь стал обдумывать это предложение – оно вроде бы не содержало ничего угрожающего его безопасности. – Вы это серьезно? – на всякий случай переспросил он.
– Да, именно так, я имею в виду таланты молодых! Вот, к примеру, Айрин уже должна нами рассматриваться как волшебница, тем более, что она уже смогла достичь кое-каких успехов в этом деле, к тому же многих волшебников, которые этим прежде занимались, теперь с нами уже нет.
Теперь Бинк понял, что может подойти без опаски. Солдат был тяжело ранен и потерял много крови. У него начиналась лихорадка.
В своей умной фазе или даже в нормальной она не задала бы столь глупого вопроса. Но Бинк задумался. Действительно ли Злой Волшебник будет хуже нынешнего Короля? Не найдя ответа, он оставил вопрос открытым.
Его лук изогнулся, оттягивая тетиву назад. Как только кончик стрелы оказался направленным на Бинка, стрела полетела.
– Не совсем, – быстро сказала кобылка. Очевидно, кобылка Вапорс еще обладала той виртуозностью, которую в свое время утеряла сама Аймбри. – Так что тебе приснилась? – участливо спросила она.
– Как это ужасно! – воскликнула Аймбри. – А может случиться и так, что он поможет нам разгромить этих карфагенян, например, став королем, он как-то заколдует манденийских военачальников, и завоеватели просто больше не смогут вести войну. Он, этот Всадник, сражается и с нами, и с карфагенянами, чтобы в конце концов самому стать победителем. Да, надо остерегаться этого Всадника пуще огня, ведь цепь ведет прямо к нему.
– Если Король умрет, вы примете корону? – спросил Бинк. – Как вы говорили, она должна перейти к сильному Волшебнику, и для пользы Ксанфа...
– Ну, почему все осложнения происходят именно в мою смену? Ты знаешь, как трудно открывать в Щите отверстие размером с человека, не попортив весь этот чертов Щит целиком?
На завтрак ему дали овсяную кашу, разогретую без огня. В этом заключался талант жены фермера, полезный для домашнего хозяйства. Затем он отправился в соседний дом в миле вдоль края провала на разбирательство.
– Я здесь, здесь, – раздался откуда-то крик Чем, – я тут, возле Горгоны. Иди сюда и не бойся, ее лицо плотно закутано вуалью, с тобой ничего не случится!
Тем временем дневной конь приблизился, радостно запрядав ушами. – Как приятно быть рядом с такой лошадью! – воскликнула Хамелеон, дружески хлопая коня по мускулистой шее, и дневной конь польщенно всхрапнул. Ему явно нравилась Хамелеон, как нравилась она всем, когда была в фазе поглупения, а красота ее расцветала особенно пышно.
Бинк не ответил. Он забрался в тень ближайшего дерева и растянулся на утренней росе. Часть последней ночи он провел без сознания, но это было не то же самое, что сон, и он нуждался в настоящем отдыхе.
– Хамелеон! Как я рада видеть тебя! – раздался голос Милли, которая сейчас не была в облике привидения. Талант Милли заключалась в ее привлекательности и, как и Хамелеон, она была подвержена тем же изменениям, по мере старения. Сейчас ей было примерно восемьсот сорок лет, причем, говоря о своем возрасте, число лет она произносила неразборчиво и отчетливо слышно было лишь «сорок». К тому же Милли выглядела сейчас такой же очаровательной, как и Хамелеон.
Она подвела яхту к пирсу, накинула на причальный столб красивую серебряную цепь и крепко привязала ее.
Тут Аймбри стала негодующе фыркать и резко бить себя хвостом по бокам, вспоминая, с какой наивностью позволила Всаднику дурачить себя, стараясь снова переключиться на ту мысль, которую ум ее никак не хотел обрабатывать. Дневной конь прикидывался невинным созданием, изображал из себя тупое животное, порой даже трусливое, но на самом деле это была тонкая игра. Он даже возил на спине будущих королей Ксанта, облегчая выполнение их задания, но делал он это не из желания помочь Ксанту в борьбе с завоевателями, а потому, что полагал, что если эти люди взойдут на престол, то они будут никчемными руководителями и его союзникам-карфагенянам еще легче будет одержать победу в войне. А поскольку каждый новый король не оправдывал надежд Всадника, обнаруживая после восхождения на престол незаурядные организаторские способности и вообще компетентность в государственных делах, то он нейтрализовывал королей одного за другим и заменял его следующим, более, по его мнению, слабым, нежели предыдущий. По иронии судьбы вышло так, что наиболее слабые создания – женщины – от которых никто, в том числе и сам Всадник, не ожидал слишком многого, оказались как раз наиболее сильными противниками, а самая непритязательная и, по мнению Всадника, самая для него безопасная женщина Хамелеон сумела разгадать все его намерения и заманить его в ловушку.
Она заблудилась – не в географическом смысле или относительно масштабов Ксанта, который она знала назубок, но относительно самой себя, своей головы. Она не знала, куда ей теперь идти и что ей теперь следует делать, хотя ясно понимала, что идти туда и делать то самое нужно немедленно, а не то враги узнают, что она здесь и для чего она здесь.
– Напротив, – ответил Трент, – я боюсь только реальной угрозы. Надо понимать, что призраки не имеют физического воплощения и, следовательно, не обладают способностью теней соединяться с живыми существами. То есть они не могут прямо влиять на обычных людей. Они действуют лишь через внушаемый ими страх, следовательно, надо всего лишь не бояться. Кроме того, этот призрак был так же, как и мы, удивлен. Он, вероятно, заинтересовался тем, что упала решетка, и ничем нам не угрожал.
– Я мог проникнуть в его тайну, когда он отправился в Мандению, – коротко сказал Хамфри, – это временно нейтрализовало его силу. Я и раньше знал, что он волшебник, я не знал только, каковы его возможности в этом отношении. Но, узнав это, я тем самым связал себя обетом молчания. И теперь, когда ему суждено вернуться сюда, он должен стать законным претендентом на королевский трон Ксанта!
– Я не могу принять твое условие, – ответил Бинк вихрю в глубине вод. – Я не испытываю к тебе никакой враждебности, но я не могу обещать действовать только в твоих интересах. Интересы всего Ксанфа превыше всего. Возьми назад свои блага и я пойду своим путем.
– Я всегда почему-то недолюбливала зомби, – проговорила Хамелеон, но при этом она не показала своих чувств часовому: – Мы пришли повидаться с Повелителем Зомби. Это срочно!
Аймбри понеслась с места в карьер, спускаясь с холма, и внезапно споткнулась. Хамелеон и Гранди перелетели через ее голову, и все трое кубарем покатились вниз. Они так и катились, пока не очутились в лощине у подножия холма.
– Тебе определенно нужно подкрепиться и передохнуть, Аймбри, – донесся до кобылки голос Бинка, – ступай наружу и соберись с мыслями, но только приходи проверять мое состояние каждый час. Бумажные куклы, которых Хамфри отправил заманить сюда жителей Мандении, явно не прибудут раньше полудня. Я даже подозреваю, что Всадник постарается прибыть сюда раньше этого времени, поскольку он знает все о трюках Хамфри и знает, как это опасно для его союзников-карфагенян. Даже если все окажется совсем не так, как я думаю, ты понадобишься мне, чтобы доставить сообщение обо всем в замок Ругна.
Вот если бы она была красивой, она могла бы надеяться, что соблазнит его и он с ней разоткровенничается. Но в этом случае шансы были просто равны нулю. Все это просто не имело смысла.
– Да, трудновато мне придется в таком случае. Рассмотрев все возможности, считаю, что должен принять твое предложение, Волшебница. Конечно, нужно кое-что уточнить...
Настороженность покинула дневного коня, с его морды исчезла напряженность. Он облегченно запрядал ушами. Хамелеон подошла и легонько похлопала его по морде. Конь окончательно успокоился, признав Хамелеон.
Он представил себе схватку с этой пестрой армией, о рубке уже разложившихся тел. Представил ощущение их гниющей, полной червей плоти на своих руках, борьбу с этими призрачными ужасами, полными липкой вони. Что за жуткие заболевания они несут за собой, какие гангренозные объятия могут подарить ему? Какая мыслимая атака заставит этих осклизлых мертвецов вновь улечься в землю?
– Спасибо тебе, – проговорил Бинк и взял бутылочку в руки, – сейчас ты можешь скакать в замок Ругна, ты свободна. Хотя постой, погоди минутку. – Бинк откупорил бутылку.
Так ли это? Может быть, все останется при нем, пока он не станет специально действовать против интересов Источника? Что ж, выигрыш его был незначительным, он мог позволить себе и наказание. Он определенно не будет колебаться поступить так, как считает правильным, из страха перед последствиями.
– Да, да, да! Наша любимая ночная кобылка! – радостно воскликнула Хамелеон. – Ты снова живая, в полном смысле этого слова. Но ты потеряла свое тело. Материализоваться снова ты уже никогда не сможешь.
– Фанчен! Я привязан! – кричал он. – Меня ест трава! – Правда, последнее было преувеличением, он пока еще только был прикреплен к земле без всякого для себя ущерба. Но трава продолжала врастать в него и скоро начнет питаться им, вытягивая из его плоти жизненные протеины.
Бинк пригнулся, готовый прыгнуть на генерала и оглушить его. Внезапно в руке Генерала возник меч, направленный острием к Бинку. Движение было практически незаметным, оружие прыгнуло в руку Генерала, словно при помощи магии, что, безусловно, было невозможно в Мандении.
– Если я нарушу его так внезапно, – сказал Трент, – перемирие окажется обесцененным. Бинк, Хамелеон и я разойдемся и, если повезет, не встретимся вновь.
Мотнув от боли головой, Аймбри подняла правое переднее копыто и нанесла точный удар, намертво пригвоздив ненавистную гадину к земле. Змея снова зашипела и попыталась атаковать кобылку вторично, но Аймбри очередным ударом размозжила змее голову. Со стороны змеи было достаточно глупо нападать на лошадь, ведь лошади всегда могут справиться практически с любой змеей. Но Аймбри проявила в данном случае непростительную медлительность – отвлекшись на проклятую бутылку, она потеряла драгоценное время. Если бы не эта посудина, змея даже клыков бы высунуть как следует не успела!
Бинк поглядел на деревянный заборчик и осевшую крышу. Несколько цыплят бродили среди сорняков. Но для человека, который вложил в это место любовь, достаточно сильную, чтобы поддерживать его два года после трагической гибели, оно представлялось самым красивым на всей земле.
– О, ночная кобылка, – воскликнул изумлено человек, – тебе подобных я частенько вижу во сне. Но постой, я ведь всегда думал, что днем вы нам не являетесь?
У людей из Мандении был в запасе целый день, чтобы прийти в себя, перегруппироваться и продвинуться на соответствующее расстояние. Очевидно, они не теряли времени даром. Рано утром они по главной дороге прибыли к Провалу. Очевидно, они сами старались не сходить с дороги, зная, что отклонение вправо или влево с более-менее безопасного пути грозит им встречей с неизвестными и опасными чудесами, которыми была прямо-таки нашпигована загадочная страна.
Но это не означало, что опасности нет. Просто угроза была более скрытой, чем он думал. Скрытая опасность хуже всего. Человек, избегнувший явной угрозы Огненного дракона, мог пасть жертвой успокаивающего заклинания сосен.
Аймбри схватила зубами путы, крепко стягивавшие руки ученого, и яростно принялась терзать их. Зубы у нее были острые, поэтому она довольно быстро справилась с веревками. Но эта задержка все испортила: часовой вернулся на пост и моментально заметил, что происходит.
Нет. Даже если Трент и не был его другом, Бинк не мог нарушить перемирие подобным образом. Кроме того, ему совсем не улыбалось остаться чудовищем на всю жизнь, физически или морально.
Какой основательный подход ко всему! Аймбри внимательно осмотрела все бутылочки и флакончики, мучительно стараясь припомнить, все ли из них были вынуты из сумки Хамфри при ней.
Всадник! Мгновенно Аймбри вспомнила все. Сообщение, которое она должна была передать, так и звучало: «Берегись Всадника!» А теперь оно, предназначенное для короля Ксанта, было актуально и для нее самой.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site205.html on line 360

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site205.html on line 360

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/5gpz.net/site205.html on line 366